Вход в личный кабинет      Регистрация
23 истории, вселяющие надежду




Ольга Смирнова

Опухоль головного мозга, диагноз поставлен 6 лет назад, 27 лет, г. Москва

Я родилась в 1987 году перед разломом СССР. Я поздний ребенок, мама родила меня в 40 лет, папе было 59. Папа не хотел нас с сестрой, но мама настояла на нашем рождении. Сначала с сестрой потом со мой. Но мама была счастлива и бабушка, и моя тетя Наденька мамина сестра близнец – а это главное. Мы были окружены любовью, не смотря на тяжелые времена в стране. Папу сделали послом в Чехословакии, он привозил нам всякие вкусняшки иногда, куклы. И иногда нас брал с собой в командировку, сейчас уже не припомню – красоту альпийских гор и саму страну Чехословакии. У папы была черная волга, а мы садились с сестрой сзади этой большой машину и махали всем проезжающим мимо – а нам махали в ответ и улыбались – разве не счастливые времена. Помню божьих коровок, которые мы собирали в коробочки из-под конфеток «тик так», , а потом выпускали. Маме надо было выходить на работу, после декрета – и она отправила меня в детский сад, я не любила детские сады – всегда ревела и просилась домой, и меня переводили из одного детского сада в другой и много болела – детская болезнь аденоиды. Как-то раз я помню, как мы сбежали с девочкой- подружкой Катей Хачатурян из детского сада – я сказала, что мои родители будут рады если она будет жить с нами. В заборе были сломаны прутья и там легко можно было пролезть, что мы и сделали. Перешли две дороги, и дворами и мы у дома, тогда мы жили на м. Шаболовка, да и времена были другие. Нам открыла дверь моя бабушка, вручила нам по чищеной морковке и сурово сказала, чтобы мы не выходили из комнаты и ждали маму. Конечно же мама была тут же оповещена по телефону – бабушка позвонила и все рассказала. Мама после работы пошла сразу в сад, узнать, как так получилось, возможно нас ищут уже с милицией, а мы сидим дома целые и невредимые. Придя в сад, воспитатели были спокойные не суетливые – не было страха что у них пропали два ребенка. Маме сказали, что я где-то бегаю, меня позвали Оля Чернова. За тобой мама пришла, но Оли Черновой не было… Потом мама, не выдержав, сказала, что мы с Катькой дома едим морковку – мы сбежали из сада. Конечно же воспитателям влетело и за выходные заделали дырку в заборе, а нас с Катей потом долго ругали воспитатели – пошел и в ход кухонный половник которым наливали суп в детском саду он был примерно с нашу голову – нас им били если мы не ели и если провинились. Помню, как в первое выливали компот или перемешивали второй с первым – и мы должны были это съесть, но детство все равно было счастливым. В 1993 году мама решила меня отправить в школу, а вечером водить в сад – со мной не с кем было сидеть. Не знаю, как так получилось, но я ходила и в школу, и в сад. Эта была ранняя осень. Дворники подметали листву и получалось большая куча из листвы – все прыгали туда с трехметровой лестницы. Было весело и здорово. Я была полненькой, кости тяжелые, но мне так хотелось не отличаться от всех, при том еще ребята вслед кричали «СЛАБО». Нет, мне не слабо, хотя было страшно. Во рту была карамелька – кто-то угостил, я поднялась по лестнице, повисла на жердочке, руки дрожали, было страшно, но я не должна была оплошать – ведь так я бы показала, что я то же могу как и они. Все кричали «ДАВАЙ, ПРЫГАЙ, ТЕБЕ ЖЕ НЕ СЛАБО». Руки стали мягкими, и начали трястись. Обратной дороги не было – хотя я передумала в какой-то момент – только прыгать, забраться обратно я уже не смогла бы. Руки уже устали висеть. Листва была чуть правее того как я висела. И я попыталась перебраться правее, но … Это были секунды я полетела вниз мимо листвы и упала пластом. В глазах потемнело, ноги болели, и я не могла дышать – защемило сердце и в районе ребер. Мои конфетки вылетели, и на них налетела свора детворы – тогда никто не побрезговал взять их с земли с чужими слюнями и то же насладиться карамелькой. Я еле-еле прошептала – «ЭТО МОИ НЕ ТРОГАЙТЕ» Взяла их в кулак. Я лежала на земле и не могла сдвинуть с места – ног я не чувствовала, да и боль уже ушла – я просто не могла пошевелиться. Потом спустя какие-то минуты, взяла волю в кулак и приподнялась – все кружилось, боль настигала схватками. Ко мне никто не подошел, все только были в восторге от меня что я прыгнула, а у меня в голове – я не слабачка, я смогла. Подошла к воспитательнице, она читала журнал «БУРДА» на лавочке. Я присела к ней и рассказала, что мне больно, что упала… Она, не отводя взгляда от журнала, сказала: «ПОСИДИ, РЯДОМ, СЕЙЧАС ВСЕ ПРОЙДЕТ» Дальше все как в тумане – не помню, как меня забрала мама, ни помню, как дошла до дома. Помню, что лежу на кровати на чем-то жестком, и вокруг меня самые близкие, спрашивают какие ощущения. Был у нас ортопед – не от мира всего. На любую жалобу он показывал пупсика пригвозденного к деревянному брусочку – он показывал, как правильно надо делать ласточку – гимнастику. Он и сказал, что что-то не так с позвоночником, показал пупсика и отправил нас в травмопункт «НА ПОЛЯНКУ». Там было не приятно – дети были с разными травмами – кто-то проглотил ложку, кто-то пуговицу, у кого-то был ожог, у кого-то раздроблена кость. Всю эту процедуру как меня положили что сказали не помню – помню, что пролежала я там около года на растяжке, мамочка устроилась туда работать и помогала мне во всем и другим детям которые лежали со мной в палате. Диагноз – перелом компрессионный позвоночника со смещением – грудного отдела. Как – то раз пришла заведующая детским садом и слезно просила маму не подавать на нее в суд, она была огромной, и сын у неё был такой же, она подарила мне цветную книжку со сказками А.С. Пушкина, потом пришла воспитательница с плюшевым медведем и то же просила не подавать на них в суд. Мама не подала на них в суд – возможно сделал правильно, и так моя жизнь покалечена – зачем калечить еще жизни – я не знаю почему тогда мама так решила, но все что не делается все к лучшему. После этого лестницу сварили до размера пол метра, забор заварили. Я пролежала в больницах целых 4,5 года, прошла все пути вместе с моими родными, мамой, сестрой, тетей, братьями двоюрными. Мне сказали, что я не буду ходить – но я не сдалась, мама меня заставляла, рассказывала, как прекрасен этот мир, что есть смысл жить и бороться. Я встала, конечно сейчас я не в очень хорошем виде – мой позвоночник как развилочная дорога – кривой, прошу дать мне направление на корсет – не дают, массаж – не дают. Поэтому так и живу. В школу я пошла не сразу после того как меня выписали из больницы по позвоночнику. Я пролежала еще с температурой очень долго – аденоиды мне пытались удалить, но до конца так и получалось. Мы махнули рукой на авось рассосется. Потом мы дождались до самой последней стадии аденоидов, когда «ЛЯГУШЕЧКИ» закрыли практически весь проход для воздуха – я начала задыхаться – мои сосуды лопаться. И тут появились частные клиники – по лазерному удалению аденоидов, папа дал денег, и мы поехали. Какое-то это было облегчение – дышать, я не чувствовала боли, мне было все равно я так хотела жить… Потом был брикет мороженного – это было вкусно и приятно! Школа. Представьте прийти в школу, когда все передружились друг с другом, когда все знают что ты была на домашнем обучении. Злые дети, жестокие и несправедливые. В первую же неделю меня чуть не задушил Айвазов Саяр – толстяк с задней парты. Безобразный как свинья. Им надо было найти изгоя и им выбрали меня. На мне был крестик, и им Саяр и начал меня душить, таща цепочку на себя, мои руки держали Пашка Носаев и Сережка Поплевичев. Когда я начала задыхаться – цепочка порвалась. Была у меня подружка Люба Шведова она не ходила в школу, то же была на домашнем обучении, но она просто не хотела ходить туда её родители пили, брат наркоман, а она просто жила. Как раз гуляя она тогда уже лет в 10 начала гулять с мальчиками – она предложила поиграть в подъезде – темном в игру, как же она называлась, «Тискалки» или «Щупалки» - смысл в том что парень должен был тебя ощупать и сказать потом на свету что он щупал, а ты должна была сказать прав или не прав – я отказалась – я не поняла, что за такие забавы. В 10 лет в моей голове были куклы, прятки, карусели и качели, а не тисканье с хулиганами в темном подъезде. Ну видно ей это не понравилось, то что я отказалась играть и на следующий день она пригласила меня погулять, конечно я согласилась – друзей у меня было не много, пока я шла в меня кидали камни и кричали, почему то, что я бомжиха и моя семья бомжи и я толстуха и… много дурных слов. Я защищалась – кидала в них в ответ, одного даже побила палкой, пройдя долгие 200 метров до её дома я обнаружила, что Любочка не одна, а с ней где-то 5 пятнадцатилетних подростков. Она меня продала. Они посмотрели на меня оценивающим видом – и сказали: «Ну ничего пойдет, полненькая, ну сиски есть, рот то же, жопа то же впоряде», передали ей деньги. Я поначалу то не поняла, по глупости и по наивности – мы гуляли, они пили пиво и матерились, а я чувствовала себя крутой то что нахожусь в кругу таких крутых. Наступил вечер, мне пора было домой, а они меня не отпускают, говорят куда, все оплачено… Тогда я сбежала, обманув их, что пошла в туалет и сбежала, дворами, кустами, и я дома. Дома я в безопасности. Я не знаю, что было с Любой тогда, потом мы пару раз виделись, когда мы переехали в Лианозово, и там и расстались – я её послала. В этот период у меня загноился палец – грязь попала под заусенец, и он у меня загноился – меня увезли в Морозовскую. Дали большую общую анестезию, как говорил доктор что во сне я ругалась матом… смешно. Говорят, что большая доза анестезии очень вредная. Но у меня такой организм что с первого раза я никогда не засыпаю, поэтому мне всегда давали лошадиную дозу, чтобы побыстрее усыпить. Вторая школа – хорошие воспоминания, прекрасные моменты. Я училась до 9 класса, потом пошла в колледж за молодым человеком с которым познакомилась по системе реабилитации по позвоночнику – первая, глупая безответная любовь. Услышала, что он идет в автотехнический колледж где-то в районе Савеловского – и начала штудировать справочник - искала, искала и нашла два колледжа с таким профилем, и как-то настроилась сразу пойти на факультет машиностроение, но родители были против и я пошла на факультет Документационное обеспечение управления и архивное дело – это ближе профессия к девочке чем копаться в машинах, так сказали родители. Мне было все равно, я была погружена в поиски того парня Колю, и сдала документы, поступила. Незадолго до моего поступления в последние дни моего обучения в школе – умирает мой двоюрный брат, его похороны были в мой последний экзамен по математике, и я после сдачи на «5» поехала на похороны Стасика. Там я встретила – его. Да, наверное, это очень нехорошо. Но это было как в фильмах или в сказке. Наши глаза встретились – я не могла отвести от него взгляда, он же прятал их – все я была поражена его голосом, его глазами, сильными кистями рук, кожаной курткой которая была чуть больше его и черные, классические брюки, которые висели как у репера. И конечно же черные очки совершенно нелепой формы – круглые и маленькие. С сигаретой в руках, чуть хриплый голос. Я не знала кто он – ни разу не видела его со Стасиком, и эта неопределенность завораживала еще больше. Мурашки по коже, биение сердца, земля уходит из-под ног, все я поражена стрелой Амура. Наверное, своим настойчивым взглядом – я вводила его в краску. Подошла к нему первая. Познакомилась, он был не очень разговорчивым, а вот его брат – разговорчивым – но он меня не интересовал, он для меня был просто братом того кто мне нравился. Ехали на поминки в ритуальном автобусе, я села напротив него, его звали Антон. Он отводил глаза, но я была настойчивой. За столом я села напротив него, а потом мы оказались на кухне вместе, я пошла принести колбасу на стол, а он пошел следом. Взял меня в свои объятия и поцеловал. Я не умела целоваться, не понимала какие должны быть отношения между мужчиной и женщиной, но это для меня было пределом мечтания. Тот человек, который мне понравился, он стал мой. Его рука медленно убирали челку с моего лица, а вторая крепко держала мою талию. Он просто смотрел мне в глаза, просто мы стояли вместе с ним на кухне в день похорон моего брата, и мне казалось, что вот она моя жизнь, я оказалась с тем человеком с которым должна была оказаться уже очень, очень давно. Я хотела рассказать ему все, я хотела просто быть рядом с ним. И никогда не отходить от него, ни на шаг – меня тянуло к нему как магнитом. Какое-то время у него — это эйфорическое состояние было то же. Мы не могли друг без друга. Но мне тогда было 15 ему 20, он только пришел из армии, и наша разница в возрасте именно в мои 15 лет сыграли свое. Глупая, наивная девочка и умный, прекрасный, красивый, мужественный молодой человек 0 просто не могли быть долго вместе. Он много раз предлагал остаться друзьями, я была не против, но мне хотелось чего-то большего чем друг – не понимала, не осознавала, но наверно один из тех, кто помог мне выжить это как раз он. Антон или просто Тоша. Мы долго созванивались, но потом все. В колледже, в том колледже куда я попала ради человека которого там не было, я встретила своего мужа, с которым мы до сих пор. Я вышла замуж, но его не могла забыть, мне не хватало его как друга, как воздуха. Я попала в аварию и растеряла частично свою память. Тут и стала моя жизнь адом. Потом подогрела еже голову тепловым ударом или солнечном – и начались дикие боли с потерями зрения, чувствительности, сознания и мне кажется своего Я. Хотя мне сказали, что я бесплодна, на одном приеме у гинеколога-эндокринолога – я заплакала, и мне сказали, что мне надо не к гинекологу, а к психотерапевту! Но я не сдалась – пошла дальше и забеременела! Но и тут я отметилась – мне сделали кесарево – дочка сидела попкой – тазовое прилежание – и тут анестезия. Потом мне сказали, что возможно если бы не было кесарева – я могла умереть из-за напряжения. Я родила дочку. И мне стало еще хуже. Стали чаще головные боли – пошла к своему терапевту – Яковлев поликлиника под 4-ой градской, а он сказал меньше надо на каблуках ходить тогда голова болеть не будет. К кому я только не ходила, куда я только не обращалась – диагнозы мне ставили разные – а еще и за дочкой надо было ухаживать, воспитывать. Молоко у меня пропало практически сразу же. Мои ногти стали синими из-за лопающихся сосудов под ногтями. Я стала резко худеть и терять волосы. Меня уже не было – я существовала, и пыталась остаться в разуме, хотя он покидал меня очень часто – необдуманные поступки, бред, вранье. Моя свекровь медицинский работник, и у неё есть некоторые связи в медицинских учреждениях. Она то и заставила сделать мне МРТ головного мозга - в национальном медико-хирургическом центре им. Пирогова. В день назначения МРТ – никто не смог со мной поехать – мама с дочкой, муж на работе, сестра то же на работе, я взяла свою подружку по школе Любу Журавлеву. Мне тогда было 21 год – ничего по сравнению с целой жизнью. Я лежала в МРТ – были жуткие боли в районе шеи и как назло потеряла на какое-то время зрение. Меня продержали в аппарате – долго, делали без контраста, с контрастом. На то время, когда я потеряла зрение – я слышала много голосов – врачей, и с каждой минутой их становилось все больше и больше. Вы думаете у меня был страх? Нет, это была неопределенность – т.к. я ничего не видела. МРТ отключили меня выкатили из аппарата, зрение начало возвращаться на % 20 – мне помогли слезть, придерживая под локоток и постоянно спрашивая, как дела, дойду ли я сама. Мы сидели в коридоре с Любой Журавлевой долго – часа два. Доктора никого не пускали. Тогда мне казалось, что пришли со всего центра нейрохирургии. Люба сидела – чуть живая, ничего не говорила, и смотрела в одну точку, а я улыбалась, рассказывала что-то. Но она не сдавалась. Потом вынесли снимки, спросили сколько мне лет, есть ли семья. Я была как во сне – все ответила, мне сказали, что есть кое-какие изменения что-то с сосудами, и надо сходить в Бурденко и Склиф – возьмутся ли они за меня – оперировать. Я не восприняла это серьезно, ну очередная операция, ну сосуды – ДУРА, малолетняя ДУРА – и подруга молчала. В этот же день мы поехали по больницам. И знаете, что? Меня нигде не взяли, сказав – что они не возьмутся оперировать такую большую опухоль в головном мозге – она слишком большая – и у меня два выхода либо я умру, либо можно попробовать химиотерапию. И тут моя подруга взяла меня за плечи и начала трясти – «ты что не понимаешь, что у тебя опухоль головного мозга. Ты можешь умереть, а ты смеёшься как будто все нормально» И только после её слов, до меня начало доходить что я могу умереть из – за большой опухоли в голове. Мы поехали обратно, к прекрасному нейрохирургу Германовичу В.В. – и сказали, что ни где меня не берут. Я не помню подробности. Помню, что он пошел на риск ради меня - он взялся за операцию которых не проводили нигде - я не знаю точно какую методику он использовал – наверно мне и не надо это знать и как конкретно он мне оперировал. Знаю только одно – что он меня спас. Спас мою семью, спас – рискнул ради меня. В больницу меня везла свекровь и её муж - я плакала, ревела – то что могу не проснуться и не увидеть дочку и мужа, белый свет и что я не увижу Антона не попрошу прощения за мои выходки и так и не скажу, что он мне очень дорог. Просто спасибо за то, что дал возможность почувствовать чувство любовь с первого взгляда, некоторым этого не дано. Я не позвонила ему – я забыла его телефон – и начала забывать его внешне, но именно его душу не забыла и по сей день. Все те прожитые минуты счастья рядом с ним, которые он мне подарил – я храню у себя в сердце и никогда не хотела бы с ними расставаться – зачем это было со мной мне это дорого, а разве мы расстаемся с тем что нам дорого? Нет. Операция была срочной – у нас было мало времени – чуть прозеваешь – смерть. Ко мне никого не пускали. Я молилась, и разговаривала по ночам с Антоном. Как мне не хватало его – если бы он меня обнял мне было бы легче, думала я. Вечер 12 часов перед операцией – меня повели брить – мой прихмахер была вежливая медсестра – она плакала, когда меня брила – красивые белокурые длинные волосы – сыпались под бритвой на пол с моими крупными слезами. Утром ко мне пришла свекровь, она держала мою руку и то же плакала, мне сделали перемедикацию от которой я должна была заснуть, когда меня ввезут в операционную, но я не заснула – быстро не действует - я увидела операционную – большую лампу, и много студентов. Мой спаситель Владимир Владимирович еще не пришел, ребята думали, что делать ведь я уже должна спать. Делать нечего мне вкололи несколько шприцов в шею с ледокаином – было бооольно! И я отключилась – операция шла долго. А когда я проснулась – в реанимации ко мне все пришли и медсестры и мой врач Германович В.В. – я не забыла алфавит, я все помнила ура. Прошло уже 6 лет после операции – каждый год я хожу к своему врачу, я живу я жива и буду жить – хотя мне многое что не разрешают ни спортом заниматься – надо быть осторожней не дай бог со мной что-то случиться. Дочке уже семь лет. В 2016 году у нас годовщина свадьбы с мужем – 10 лет как мы вместе. Антона я не забыла – он помог мне, пусть его не было физически со мной, но он был морально вместе со мной – я благодарна всем кто был со мной –в плохие времена и в хорошие. Пусть это будет опыт грусти и слез, но это мой опыт и моя ЖИЗНЬ. Сейчас я начальник Архива и ДОУ – меня уважают – хотя и не знают что со мной такое было – я много что изобретаю, хотя мои проекты не нашли инвесторов – я не знаю как их искать, но я не останавливаюсь на этом хочу понять из чего состоит автомашина возможно я смогу её модернизировать. Мои способности после операции – стали для меня как мои вторые руки. У меня хороша стала развита интуиция, И я поняла – я живу сейчас а не тогда. Я благодарна всем, всем своим родственникам, моему доктору Германовичу В.В., маме , мужу, дочке, сестре и конечно Антону Рязанцеву как бы это глупо не звучало – он мне дорог – точнее мои воспоминания о нем. И задумываясь сейчас – не знаю хочу ли я с ним встретиться, а вдруг он меня разочарует и все мои положительные эмоции просто разрушаться. Получается тогда я хотела жить ради семьи и что бы сказать Антону, как мне было хорошо, как он мне дорог – да этого не случилось, но получается я живу потому что его рядом нет. Не понятная эта штука – жизнь. Неизведанные эти чувства – любовь и ненависть.


ВКонтакт Facebook Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Комментарии
Отзывы 41 - 50 из 131397
Начало | Пред. | 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 | След. | Конец
Цитировать Имя
JimmyCap, 26.05.2019
generic for viagra and cialis
cialis generic
generic cialis best price usa
cialis generic
is there generic cialis in usa
Цитировать Имя
ThomasWer, 26.05.2019
compare price of cialis and viagra
buy generic cialis
how long cialis side effects last
generic cialis
cialis manufacturer coupon 2017
Цитировать Имя
JimmyCap, 26.05.2019
cialis 20 mg dose
cialis generic
cialis online cheapest prices
buy generic cialis
cialis professional 20mg
Цитировать Имя
JimmyCap, 26.05.2019
cialis extra dosage 100mg
buy generic cialis
lowest cialis prices 5mg
buy generic cialis
viagra and cialis dosage
Цитировать Имя
ThomasWer, 26.05.2019
levitra vs viagra vs cialis reviews
buy cialis online
cialis commercial actresses
buy generic cialis
walmart pharmacy cialis 20mg price
Цитировать Имя
bakkaWaf, 26.05.2019
viagra over the counter netherlands how does viagra work
red pill blue pill viagra
viagra prices
namaak viagra herkennen
Цитировать Имя
JimmyCap, 26.05.2019
walmart drug prices for cialis
buy cialis online
generic cialis daily
cialis generic
cialis generic from india
Цитировать Имя
bakkaWaf, 26.05.2019
generic viagra next day shipping additional hints
can viagra help to get pregnant
this
how to make powerful viagra at home using fruits pdf
Цитировать Имя
bakkaWaf, 26.05.2019
what happens when you take viagra and dont need it Visit Website
do catholic church health plans cover viagra
viagra online
viagra-cialis-apotheke.com
Цитировать Имя
JimmyCap, 26.05.2019
cialis generico in farmacia italia
buy generic cialis
viagra vs cialis cost per pillow
buy generic cialis
cialis tv commercial actors 2015
Отзывы 41 - 50 из 131397
Начало | Пред. | 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 | След. | Конец
 
Текст сообщения*
:D :idea: :?: :!: ;) :evil: :cry: :oops: :{} 8) :o :( :) :|
Защита от автоматических сообщений